Начальник «Камчатки»

«…это странное место – Камчатка…» – пел в незапамятные золотые времена настоящего русского рока Виктор Робертович Цой. На вопрос «Кто такой Цой?», к счастью, пока ещё отвечать не приходится – взращённая на приторно-сладких незатейливых мотивчиках отечественного рокапопса молодёжь XXI столетия творчество Цоя знает, и хотя знания эти не простираются далее «Восьмиклассницы» и «Кукушки», так трепетно перепетых Мумий Троллем и Zемфирой для проекта КИНОпробы, это всё равно здорово. Не зря, как говорится, жизнь прожита. А вот кто такой Дмитрий Ревякин, многие сегодняшние тинэйджеры представляют с трудом. И не потому, что группа «Калинов Мост» находится в глубоком андеграунде, не имеет ротации в эфире FM-радиостанций (в этом месте должно звучать «Боже, храни Козырева» J) и не способна сотворить новый шлягер в старом формате. Безусловный хит «Камчатка» наглядно демонстрирует потенциал новосибирского коллектива, а также его стойкий иммунитет к попсово-электронной заразе. Однако, капитан корабля «КМ», команда которого претерпевала неоднократные изменения, ведёт своё судно одним ему известным курсом. Пути его неисповедимы, судьбу его предугадать нельзя. Он обещает «вернуться песней благодарно», но каждый раз его появление – некий ритуальный ход в шахматной партии, которую он разыгрывает сам с собой, некий обряд, таинство, которое совершается с благословения иных сил, неподвластных простым смертным. Так кто же он – Дмитрий Ревякин?

«Гонец с доброй вестью из прошлого» – первое, что приходит в голову во время концерта. Не он меняет себя, стараясь успеть за непрерывно вращающимся фрезерным колесом времени, как делают это БГ и Кинчев, а время обращается вспять, к истокам, к тому, с чего оно когда-то начиналось и чем когда-то было. Не модный БКЗ Октябрьский (где, кстати, в это же время праздновала юбилей хорошая украинская группа «Вопли Видоплясова»), а потрёпанный ДК им. Ленсовета с пресловутым невыносимо отвратительным звуком. Не тысячи стильно одетых маменькиных сынков и папиных дочек, а несколько сотен истинных поклонников творчества группы «Калинов Мост». Не электронные прибамбасы и «минусовые» ритмические подложки, а настоящий живой звук – плохой, но живой! И океан сибирской энергетики, рвущей все оковы пошловатой современности. Именно поэтому, стараясь скрыться от посторонних взглядов, пришёл на этот концерт Юрий Шевчук. Гонец принёс добрую весть и ему. Весть о том, что «сказка никогда не кончится». Весть о том, что где-то за краем живы времена промозглых ленинградских улочек, дешёвого портвейна, квартирных концертов. Живы времена Охты и встреч у Светы Лосевой. Живы друзья – Майк и СашБаш.

Нет декораций, нет до мелочей продуманной иллюминации – на сцене лишь пятеро музыкантов со своими инструментами. Первая часть концерта – материал, готовящийся к записи для нового альбома с рабочим названием «Камчатка». Ревякин просит пришедших со вниманием отнестись к новым песням, и люди, замирая при первых аккордах, взрываются аплодисментами в завершении каждой композиции. Они жадно вслушиваются в мотивы и стихи, чутко улавливают настроение. Они прощают Ревякину и срывающийся изредка голос, и повторяющиеся темы и образы, и даже непонятным образом стилизованную под похабный шансон песню про Севастопольских моряков. Под конец первого отделения Ревякин представляет слушателям участников КМ-2002 – на сцене вместе с ним Евгений Барышев за клавишами, Александр Владыкин на басу, Евгений Колмаков с гитарой и Валерий Фомин за барабанами. Вопреки всем законам шоу-бизнеса перед антрактом звучит «Камчатка», скомкано и невнятно, но красиво J.

Вторую часть концерта представший перед слушателями во всём белом Ревякин окрестил как «Песни, принесшие нам мировую славу». Однако не было здесь ни «Родной», ни «Назад в подвалы», ни «Уходили из дома», ни «Девочки летом», ни «Улетай», ни бомбящей эфир Нашего Радио песни про Лёху. Снова, руководствуясь лишь одной ему известной логикой, выстраивал в восхитительно хаотичном порядке своих персонажей сибирский шаман, отбросивший в сторону чудо-гитару и выполнявший замысловатые па на сцене, размахивая шикарными густыми волосами, повязанными красной ленточкой. Началось действо с композиции «Набекрень голова», а завершилось – неожиданно – балладой о событиях в славном городе Париже «Честное слово». На бис Ревякин не вышел. Потому что бис – порождение грязного попсового мира и не имеет ничего общего с чистой энергией рок-бытия.

«Шепчешь мне, мы встретимся опять – я точно знаю…» – продолжает звучать во взбудораженном сознании голос гонца из светлого прошлого. Голос великолепной силы, чистоты и мелодичности. Исконно русский голос. И звучит ещё долго, долго, долго… А ответа на вопрос «Кто же такой Дмитрий Ревякин?» так и нет.